кавказкая музыка
Оцените работу движка [?]
Лучший из новостных
Неплохой движок
Устраивает ... но ...
Встречал и получше
Совсем не понравился


Фильмы снятые на Кавказе
Азербайджанские фильмы о Кавказе
Армянские фильм о Кавказе
Грузинские фильмы о Кавказе
Российские и Кавказские фильмы
Зарубежный Кавказ
Азербайджанская музыка
Армянская музыка
Грузинская музыка
Даргинская музыка
Чеченская музыка
Музыка всех стилей
Концерты и клипы Кавказ
Портал Видео YouTube Кавказ
Карачаевская музыка
Абхазская музыка
ты кто такой давай до свидания текст
Горско-Еврейская музыка
Портал Азербайджан
тимати давай до свидания видео
Музыка всех стилей
Концерты и клипы Кавказа
ТВ и шоу-программы
Видео Кавказа с портала YouTube
Кумыкская музыка
Лезгинская музыка
Осетинская музыка
Лакская музыка
Инструментальная музыка
Шансон музыка
Фильмы Азербайджана (худ/док/мульт)
мр3 Кавказ
Портал Кавказ
Портал Армения
Музыка Кавказ
Портал Грузия
Портал Кавказа
Кавказский сайт
Кавказский портал
Кавказ Портал
Кавказ Сайт
Кавказский юмор
Всё о Кавказе
Адыгская музыка
Аварская музыка
мейхана азербайджан,

Публикация новости на сайте


Канукова 3алина Владимировна
д.и.н., директор СОИГСИ ВНЦ РАН и РСО-А,
Хубулова Эда Владимировна
к.и.н., ученый секретарь СОИГСИ ВНЦ РАН и РСО-А


(Исследование проведено в рамках Программы Президиума РАН «Фундаментальные проблемы пространственного развития Российской Федерации: междисциплинарный синтез»)


В кавказской политике Российской империи активно использовались иноэтнические и иноконфессиональные группы, которые поселялись в среде коренного населения с целью оптимизации интеграционных процессов. В результате Северный Кавказ сформировался как полиэтничный регион, где активно взаимодействовали представители разных культур и цивилизаций.

Одной из первых этнических групп, поселенных в регионе, стала этническая группа крещеных моздокских калмыков, из которой со временем выделились так называемые хуторские калмыки. История жизнеустройства этой группы позволяет определить особенности процесса освоения национальных окраин, дополняет представления о российской политике на Северном Кавказе и вариантах адаптационного процесса этнических меньшинств в инокультурном окружении.

Оказавшись на территории России, калмыки включились в сложнейший процесс хозяйственно-культурной и социально-политической адаптации. Только в середине 17 века, пройдя через степи Центрального Казахстана, они спустились к низовьям Яика и Волги и обосновались в степной зоне, соответствующей их традиционной системе жизнедеятельности.

Российская администрация была заинтересована в размещении калмыцких кочевий, создававших заградительный кордон от нападений с юга. Поэтому их наделяли государственными малозаселенными землями на юго-востоке и в степях Нижней Волги.

Укрепление государственности, усиление различных форм зависимости приводили к обострению социальных противоречий, породивших такую форму сопротивления как бегство подвластных людей от своих владельцев. Калмыки, как и другие народы региона, самовольно уходили от своих нойонов, откочевывали на Урал, на Дон, в низовья Волги, на Терек. Они примыкали к казачьим поселениям, а гарантом их безопасности и защиты от преследования нойонов стала практика принятия христианства.

В середине XVIII века часть калмыков Яндыковского улуса, Ак-Цатанова рода в результате внутренних противоречий и с целью освобождения от власти своего зайсанга, откочевала от соплеменников и стала осваивала северо-западное побережье Каспийского моря, междуречье Терека и Кумы. Они сумели адаптироваться к новой среде обитания, примкнули к русским рыбным промыслам и занялись нетрадиционным для калмыков рыболовством. В 1764 году эта группа, состоявшая из 200 семейств, изъявила желание принять христианскую веру, прошла обряд крещения, после чего и получила название крещеных калмыков.

3 марта 1777 года генерал Г.Потемкин предписал Астраханскому губернатору Якобию переселить крещеных калмыков на вновь проложенную линию по реке Терек и причислить к Моздокскому казачьему полку. Эта акция рассматривалась Потемкиным как важный шаг в процессе интеграции калмыков в российское социально-культурное и правовое пространство. Как видно из предписания, Потемкин рассчитывал на то, чтобы «калмыки были русскими в станицах, могли познавать существо закона и забыть кочевую жизнь».1

Распоряжение Потемкина не было выполнено. Калмыки были причислены к Моздокскому казачьему полку, но не вошли в казачье сословие.

Неопределенность статуса, не позволявшая им пользоваться льготами и преимуществами казаков, сохранялась долгое время. Терские казаки явно не форсировали процесс сближения как с кочевниками, так и с горцами, который был осложнен проявлениями набеговой системы на казачьи станицы.

Таким образом, группа крещеных калмыков была оторвана от основного этнического массива, но не примыкала и к русским поселениям. К тому же, православное духовенство ограничило свою заботу о новой пастве обрядом крещения, оставив ее «без попечения и назидания в истинах христианской веры».2 Неудивительно, что большая часть калмыков оставалась кочевниками по хозяйственно-культурному определению и буддистами по вероисповеданию.

Неопределенность положения калмыков и некоторая двойственность политики России объясняются, очевидно, ее незаинтересованностью в переходе калмыков к оседлости, что ослабило бы оборону южных рубежей. Освобождение степной зоны могло провоцировать других кочевников к набегам.

Кроме того, колонизационное движение русских и украинских крестьян на Северный Кавказ, в низовья Волги ограничивало планы по наделению калмыков землей.

Период с 1777 по 1833 год можно назвать «темным» в истории крещеных калмыков, поскольку в архивах отложилось немного сведений об их жизни. В 1833 году калмыки обратились с прошением к первому наказному атаману бывшего Кавказского линейного казачьего войска генерал-майору Верзилину, в котором указывалось на отсутствие земель для кочевий и выпаса скота, на необходимость аренды земли по высоким ценам. 1833 год вошел в историю региона как особенно тяжелый, «голодный» год. Очевидно, поэтому калмыки вынуждены были напомнить о себе. В прошении указывалась их численность — 400 кибиток (семейств), всего 950 человек.3 Приводятся и другие сведения — 1950 человек, а также 2091 человек.4

Верзилин с пониманием отнесся к положению калмыков и обратился к командовавшему в то время войсками генерал-лейтенанту Вельяминову с просьбой о наделении их землей между Маджарской и Гайдукской соляными заставами, в междуречье Кумы и Гайдука. Генерал Вельяминов сделал запрос в Комиссию о наделении землями поселенных на Кавказской линии казачьих полков о возможности удовлетворения просьбы калмыков.

Оказалось, что земли, которые просили крещеные калмыки, находились в пределах Астраханской губернии в числе прочих земель, пожалованных калмыцкому народу царской властью. Ни Комиссия, ни Кавказская казенная палата не могли распоряжаться этими участками. Выяснилось также, что по проекту генерального размежевания по Кавказской линии, калмыкам была определена казенная пустопорожняя земля в Пятигорском округе, между реками Томузловой и Карамыком, где планировалось основание новых казенных селений. Кроме того, по инструкции, данной в руководстве Комиссии, было рекомендовано не выделять крещеным калмыкам земли при казачьих полках.

Генерал Вельяминов, представляя 1 марта 1834 года на усмотрение корпусному командиру эти обстоятельства, выразил мнение, что в целях успешной адаптации калмыков к новому образу жизни их следовало поселить дисперсно по разным станицам Моздокского полка, что позволило бы предотвратить их «привычные шалости», то есть набеги на станицы. С последним предложением Вельяминов согласился.

Государь Император поддержал эту идею, но предупреждал, чтобы акция ни в коей мере не ущемила интересы ни казаков, ни калмыков, а также запросил подробный план проведения этого мероприятия с указанием конкретных мест и численности переселенцев. Вельяминов в ответ составил подробный рапорт, в котором расписал детали предполагаемого переселения группы калмыков. Выяснив, что Моздокский казачий полк не имеет достаточного количества земли, он предлагал поселить калмыков при Кавказском, Кубанском и Ставропольском полках, имевших более плодородные и многочисленные земли.5 Генерал планировал также построить для калмыков недорогие дома из сырого кирпича, по одному на каждое семейство, возложив эту функцию на командиров полков. Для вознаграждения казаков за содействие в строительстве, предлагалось выделить по 200 рублей за каждое переселенное семейство. По расчетам генерала Вельяминова переселение калмыков можно было завершить к зиме 1838 года.

Планы Вельяминова были Высочайше одобрены, но калмыки оставались в неопределенности. Очевидно, это связано с усилением миграционного потока мигрантов из внутренних губерний России и Украины. Начальник штаба войск Кавказской линии генерал-майор Петров сообщил о том, что определить места для поселения калмыков не представляется возможным, пока не завершится процесс переселения в кавказские полки.

И. Бентковский писал, что причина была надуманной, подавляющая часть переселенцев к этому времени уже обосновалась в специально отведенных для них местах.6

Однако колонизационное движение действительно ущемляло хозяйственные интересы калмыцких кочевий.7

К этому времени численность Моздокского полка составляла всего 6867 человек, из них крещеных калмыков — 1029 человек. Было решено подселить к Моздокскому полку еще 35 семейств (183 человека), из них в станицы Наурскую, Ищерскую и Галюгаевскую по 10 семейств, и в Стодеревскую — 5 семейств. Кроме того, предписывалось поселить калмыков в Волжский, Хоперский, Горский, Ставропольский, Кубанский и Кавказский полки.8

В октябре 1837 года Государь Император посетил Кавказ, после чего последовали кадровые перемены. Вместо генерала Вельяминова был назначен генерал-лейтенант Граббе. Новое руководство выработало по переселению калмыков следующее соглашение:

«1) На первый случай разделить калмыков по полкам и станицам как сказано выше; предоставить впрочем полковым командирам свободу делать изменение по ближайшему усмотрению в размещении их по станицам, как укажет необходимость.

2) Весною 1839 г. калмыки, назначенные но сему разделению в полки, могут быть приняты полковыми командирами по спискам, чрез посланных офицеров, на сборном месте в Моздокском полку и под прикрытием нарочитых команд, доставлены в полки, где последует уже разделение их по станицам.

3) По прибытии к полкам и разделении по станицам, оставить калмык на обычное житье в кибитках и приучать их к оседлой жизни постепенно, отнюдь не делая принуждения, дабы отвратить побеги и смертность, ибо для калмык, не знакомых с оседлою жизнью, дом, на первых порах, будет тяжелее тюремного заключения. Но тем, которые пожелали бы теперь же принять постоянное водворение, позволять, сделав им пособие от станиц при постройке домов, с платою от казны по 200 руб. за каждый;

4) В первый год по переселении, калмыков не употреблять ни в какую службу, а допустить только, если бы кто из них пожелал назначение для пастьбы станичных табунов и рогатого скота, на добровольном с ними условии; во второй же год можно будет употребить их по возможности для несения некоторых станичных повинностей, а по прошествии трех лет, ознакомившихся получше с русским языком и достаточнейших по состоянию, записать и в служащие казаки;

5) При самом начале по переселении, полковые командиры обязаны употреблять калмык сколько можно совокупнее с казаками, дабы они приучились к русскому языку, которого не знают, и таким образом приближать к оседлой жизни и к понятиям о христианской вере».9

Казалось бы, выработан определенный, детально продуманный вектор в политике российского правительства, направленной на постепенную адаптацию к новым условиям и не лишенную заботы о подданных. Было учтено все, кроме мнения самих калмыков и казаков.

В сентябре 1838 года калмыки направили в Ставрополь делегацию из 14 человек, которые просили оставить их в обжитых местах, мотивируя просьбу тем, что переход от кочевой жизни к оседлой, перемена климата и употребление пресной воды угрожают здоровью людей и приведут к гибели скота. Калмыки напоминали, что со времени причисления к Моздокскому полку они ежегодно вносили в полковую сумму вместо всех повинностей, деньги со своего скотоводства: с рогатого скота по 15 коп., с лошади — по 25 коп., с барана — по 5 коп., с верблюда — по 35 коп. Кроме того, они держали караул из 50 человек при маджарской соляной заставе.10

Характер переписки позволяет предположить, что высокое начальство не было осведомлено о вкладе калмыков в хозяйственное развитие полка и с удовлетворением восприняло эту информацию.

Войсковое руководство не желало уступать своих земель. Полковые командиры подтверждали, что сбор денег действительно производился с 1822 года по распоряжению бывшего командира полка, полковника Петрова на том основании, что калмыки хотя и были причислены к полку, но не несли службы наравне с казаками. Вместе с тем, они пытались нивелировать роль калмыков и утверждали, что только в случаях крайней необходимости их привлекали для конвоирования и заготовки сена.

Учитывая изложенные обстоятельства, Государь Император решил предполагаемых к расселению по станицам Кавказского линейного казачьего войска калмыков (952 человека) оставить при Моздокском казачьем полку с условием, чтобы они продолжали нести караул в Маджарской и Гайдуковской соляных заставах, вносить ежегодно вместо повинностей в полковую сумму за выпас скота, помогать казакам.

Князь Воронцов предлагал причислить крещеных калмыков к Ставропольской губернии, за исключением особой, отделившейся от остальных группы, известной под названием «хуторские калмыки». Эту группу он предлагал оставить при Моздокском полку, считая что в перспективе они могут примкнуть к казачьей службе, будут отдавать своих детей на воспитание в полковую школу, приобщаться к христианской приходской жизни.

Были и другие соображения. Граф Киселев высказывался против отчисления калмыков из Моздокского полка и считал невозможным принять их в ведение министерства государственных имуществ. Генерал Реад, временно исправлявший обязанности Наместника, предполагал поселить их на Горькобалковских участках в Ставропольской губернии.

В результате было принято окончательное решение ввести крещеных калмыков, кочующих между реками Кумою и Гайдуком, в состав Ставропольской губернии, а группу «хуторских крещеных калмыков», причислить к Моздокскому полку, т.е. было принято предложение князя Воронцова.

Именно эта группа хуторских крещеных калмыков представляет для нас особый интерес как составляющая этнической структуры населения Терской области.

В XIX — начале XX веков она продолжала кочевать вблизи станиц и хуторов Моздокского полка11, часто оседала в станице Наурской. По материалам первой Всеобщей переписи населения Российской империи1897 года, в Терской области числилось 3595 калмыков.12

Крещеные калмыки не приобщились к христианской приходской жизни, оставались приверженцами традиционных религиозных верований, в конце X1X века содержали хурулы — буддийские монастыри. Миссионерская деятельность православных священников в условиях полукочевого образа жизни не имела успеха.

По мнению соседних народов, хуторские калмыки считались «людьми трудолюбивыми, честными и, по своей нравственности, стоящими далеко выше астраханских калмыков; в чрезвычайно редких случаях попадаются в воровствах и еще реже — в грабежах».13

Кроме того, отмечается их адаптация к новой экономической среде, занятия нетрадиционными видами хозяйственной деятельности — рыболовством, ежегодной добычей соли на маджарских и гайдукских соляных озерах, а также торговлей овцами на ярмарке в станице Наурской. Наблюдались заметные перемены в материальной культуре этой группы: наряду с хотонами — поселениями из нескольких киоиток. появились землянки — наземные саманные дома; стали использоваться телеги, фабричные ткани для изготовления одежды, новые виды посуды и т.п.

Проблема административно-территориального обустройства моздокских калмыков обсуждалась с разной степенью интенсивности вплоть до Октябрьской революции, но конкретных мер не предпринималось.14

За это время у моздокских калмыков сложилась своя система жизнеустройства, вполне адаптированная к социально-экономическому состоянию принимающего общества. Несмотря на статусную неопределенность, они имели свою нишу в жизнедеятельности Моздокского полка: вооруженный караул для охраны соляных озер, конвоирование почтового и пассажирского транспорта, заготовка сена лошадям артиллерийских частей, взносы в полковые суммы от общего количества скота, которые использовались на ремонт парка, содержание полкового лазарета и другие нужды.15

В ходе успешной адаптации и установления взаимодействия с иноэтническим окружением группа хуторских калмыков сохраняла этнокультурную самобытность и самосознание, что позволило ей войти в структуру Терской области в качестве самостоятельного сообщества.

Однако, среди калмыков сформировались сообщества, со временем ассимилированные местным населением, принявшие другую веру. К их числу относятся ассимилированная кабардинцами группа «нашху», откочевавшие в Османскую империю и перешедшие в ислам шереты, часть которых совместно кочевала с ногайцами и ставропольскими туркменами.

В настоящее время калмыки также входят в этнический состав республик Северного Кавказа. В Чеченской Республике проживает 148 калмыков, в Дагестане — 105, в Ингушетии — 98, в Осетии — 88; они проживают также в Адыгее, Кабардино — Балкарии и Карачаево — Черкесии.16

В рамках Программы Президиума РАН «Фундаментальные проблемы пространственного развития Российской Федерации: междисциплинарный синтез» выполняется проект «Модер-низационные, демографические и миграционные процессы на Северном Кавказе: исторический опыт и современное состояние», в ходе которого среди калмыков, живущих в Северной Осетии и Кабардино — Балкарии, был проведен опрос. Большая часть опрошенных подтвердила наши предположения о том, что они являются потомками моздокских крещеных калмыков и связывают свое прошлое со станицей Наурской.17

Сравнительный анализ статистических данных за 1989 и 2002 годы в обеих республиках показывает стабильность численного состава калмыков18, среди них не наблюдается тенденций к оттоку, в отличие от некоторых других диаспорных и этнических групп Северного Кавказа.

Таким образом, исторический опыт жизнеустройства этнической группы моздокских крещеных калмыков демонстрирует интересный вариант интеграции в новое социальное, экономическое, политико-правовое и культурное пространство при сохранении этнической самобытности и приверженности традиции.





Статистика