Василий (Васо) Абаев

Тема в разделе '... в науке и индустрии', создана пользователем bolivar, 28 апр 2010.

  1. bolivar Guest

    Симпатии:
    0
    Баллы:
    0
    [IMG]

    Васи́лий Ива́нович Аба́ев (осет. Абайты Васо, 2 (15) декабря 1900, селение Коби Тифлисской губернии, ныне Грузия — 12 марта 2001, Москва) — российский языковед-иранист, осетин по национальности. Доктор филологических наук (1962), профессор (1969), старший научный сотрудник Института языкознания АН СССР, действительный член Азиатского Королевского общества Академии Англии (1966), член-корреспондент Финно-Угорского общества в Хельсинки (1973), заслуженный деятель науки Грузии и Северной Осетии, Лауреат Государственной премии СССР (1981); почётный член ряда других иностранных академий и научных обществ. Труды по осетинской и иранской этимологии, осетинскому фольклору, иранистике, общему языкознанию; автор ряда литературоведческих работ, посвященных поэме Шота Руставели «Витязь в тигровой шкуре».

    Окончил факультет общественных наук Ленинградского университета (1925). Работал в Кавказском историко-археологическом институте АН СССР (1928—30), с 1930 — в Яфетическом институте (позднее преобразованном в Институт языка и мышления им. Марра), с 1950 — в Институте языкознания АН СССР в Москве. Ранние работы под сильным влиянием идей Н. Я. Марра; впоследствии переходит на позиции традиционного сравнительно-исторического языкознания. Опубликовал исследования «Нартовский эпос» (1945), «Осетинский язык и фольклор» (1949). Одна из главных работ В. И. Абаева — фундаментальный «Историко-этимологический словарь осетинского языка» в 5 томах (1958—90); в нём прослеживается этимология и история осетинских слов и внешние связи осетинского языка с индоевропейскими и неиндоевропейскими языками.

    Публиковал также теоретические исследования по общим проблемам языка и методологии лингвистики («Язык как идеология и язык как техника» (1934), «Понятие идеосемантики» (1948), «Скифоевропейские изоглоссы» (1965)). В ранних работах 1930-х гг. во многом в духе Марра предложил разграничивать два аспекта языка: «технику» и «идеологию». В статье 1964 г. с позиций традиционной филологии выступил с резкой критикой зарубежного и отечественного структурализма, повторив стандартные для советского идеологического дискурса тех лет обвинения структуралистов в «дегуманизации» лингвистики; имеется полемический ответ П. С. Кузнецова на эту статью.

    Действительный член Азиатского Королевского общества Великобритании (1966), член-корреспондент Финно-Угорского общества в Хельсинки (1973), почётный член Европейского иранологического общества (Италия), почётный член РАЕН.

    Умер 12 марта 2001 года в Москве. Похоронен во дворе Осетинской церкви во Владикавказе рядом с могилой осетинского поэта Коста Хетагурова.

    Награды

    Орден «За заслуги перед Отечеством» III степени (20 декабря 2000) — за большой вклад в развитие отечественной науки, подготовку высококвалифицированных кадров и в связи со 100-летием со дня рождения
    Орден «За заслуги перед Отечеством» IV степени (7 декабря 1995) — за заслуги перед государством, успехи, достигнутые в труде
    Орден Трудового Красного Знамени
    Дважды лауреат премии им. К. Хетагурова
    Заслуженный деятель науки Грузии и Северной Осетии

    Для посвященных людей одно имя Васо Абаева говорит о целой эпохе в развитии отечественной филологии и языкознания. Непосвященные люди, может быть, подивятся тому, что им это имя неизвестно. В действительности, подчас не зная о тех, кто за нас творит духовную историю человечества, мы постоянно пользуемся плодами этого творчества.
    Василий Иванович Абаев стоит в ряду тех ученых, кто продолжил жизнь скифов в своих фундаментальных трудах, обратившись к научным, историческим фактам и выявив отчетливые, но скрытые временем взаимосвязи удивительного скифского племени с другими индоевропейскими народами. Вслед за Всеволодом Миллером Васо Абаев, Жорж Дюмезиль, Эмиль Бенвенисг убедительно доказали, что жизнь скифов не закончилась - она продолжается в языке, обычаях, верованиях, эпических сказаниях другого народа, живущего с нами бок о бок. Этот народ - осетины.
    Васо Абаев родился в горном осетинском селении Коби (по Военно-Грузинской дороге) за две недели до конца XIX века. Окончив Тифлисскую классическую гимназию, он уже в 18 лет преподавал родной язык в сельской школе. Единственное звание, за которое он энергично боролся, как он сам признается, это было "звание студента Петроградского университета в 1922 году". И действительно, поступив в университет на иранский разряд этнолого-лингвистического отделения, он в 1924 году опубликовал первые результаты своих исследований.
    С тех пор за 75 лет кропотливого, титанического и многогранного труда из-под его пера вышло более 300 научных работ. Главный труд всей жизни Василия Абаева - фундаментальный, первый в своем роде "Историко-этимологический словарь осетинского языка", в котором на материале 190 языков и наречий мира развернуто глобальное полотно взаимосвязей осетинского языка.
    В 1950 году Абаев "удостоился чести" стоять первым (по алфавиту) в черном списке Берии. Вскоре его вызвали в Москву для "отчета", а в действительности - в расчете на то, что Абаев наконец "самокритично" даст оценку своим действиям. На заседании в Институте языкознания АН СССР, длившемся несколько часов, фактически решалась его судьба - не только научная, но и человеческая. Он подробно рассказал о своих исследованиях, а когда дело дошло до вопросов, то на него обрушился шквал критики и обвинений. Василий Иванович методично ответил по существу каждому из огромного числа "критиков". Все ждали, когда он перейдет к самокритике, и ведущий заседание академик поторопил его: "...Я вас хочу спасти. Вы должны были покаяться в своих заблуждениях". На что Абаев невозмутимо ответил: "Спасибо за сочувствие, но, право, от моей совести меня никто не может спасти, кроме меня самого... Если ко мне нет больше вопросов, то всего вам хорошего".
    Многих потом занимала мысль, как удалось Василию Ивановичу избежать участи многих его современников и коллег. Обстоятельства дела выяснились через несколько лет. Сталину принесли очередной список подлежавших репрессиям, где стояла фамилия Абаева. Напротив нее он красным карандашом поставил галочку и сказал: "Этого оставить. Хороший ученый. Перевести в Москву". Все оказалось просто: вождь пользовался книгами Васо Абаева (в частности, его трудом "Осетинский язык и фольклор"), конечно, нигде об этом не упоминая.

Поделиться этой страницей