кавказкая музыка
Оцените работу движка [?]
Лучший из новостных
Неплохой движок
Устраивает ... но ...
Встречал и получше
Совсем не понравился


Фильмы снятые на Кавказе
Азербайджанские фильмы о Кавказе
Армянские фильм о Кавказе
Грузинские фильмы о Кавказе
Российские и Кавказские фильмы
Зарубежный Кавказ
Азербайджанская музыка
Армянская музыка
Грузинская музыка
Даргинская музыка
Чеченская музыка
Музыка всех стилей
Концерты и клипы Кавказ
Портал Видео YouTube Кавказ
Карачаевская музыка
Абхазская музыка
ты кто такой давай до свидания текст
Горско-Еврейская музыка
Портал Азербайджан
тимати давай до свидания видео
Музыка всех стилей
Концерты и клипы Кавказа
ТВ и шоу-программы
Видео Кавказа с портала YouTube
Кумыкская музыка
Лезгинская музыка
Осетинская музыка
Лакская музыка
Инструментальная музыка
Шансон музыка
Фильмы Азербайджана (худ/док/мульт)
мр3 Кавказ
Портал Кавказ
Портал Армения
Музыка Кавказ
Портал Грузия
Портал Кавказа
Кавказский сайт
Кавказский портал
Кавказ Портал
Кавказ Сайт
Кавказский юмор
Всё о Кавказе
Адыгская музыка
Аварская музыка
мейхана азербайджан,

Публикация новости на сайте


Мы смерти не пугаемся,

От пули не сгибаемся,

От раны не шатаемся-

Такой уж мы народ.

Не раз огнем проверены,

Не раз в боях обстреляны,

И нас недаром Родина

Гвардейцами зовет[1].

 

Народы Кавказа издавна хорошо знали военное дело. Это давало им большое общественное признание и  привилегированный социальный статус, улучшение материального положения и служило значительным фактором их развития в плане просвещения.

В царскую армию призывались молодые люди княжеского или дворянского происхождения; молодежь приходила в русскую армию в основном  малограмотной. С учетом этого царское правительство поставило перед собой две цели: просвещение горцев и формирование проводников своей политики на Кавказе[2].

Для широкого  вовлечения в военно-политические структуры, усиления влияния на народности  «приобретенных» территорий царские власти в 1828году сформировали Лейб-гвардии Кавказско-Горский полуэскадрон Собственного Его Императорского Величества конвоя для несения службы в Санкт – Петербурге.

Идея о его формировании появилась в конце XVIII века, а в 1801 году планировалось  создание Кабардинского гвардейского эскадрона. Даже был выбран командир эскадрона -  князь Измаил-Бей Атажукин, но в силу разных причин это дело отложили. Позже, в 1812 году, эта идея появилась снова, но в виде Кавказско-Горского взвода, но и на этот раз дело было приостановлено. Наконец, в 1828 году из кавказцев был набран первый состав взвода. В составе взвода было больше представителей Кабарды – 12 человек, чеченцев – 9 человек, кумыков – 7, мурз и узденей ногайцев тохтамышевских – 5, саблинских – 5, народов джамбулаковского – 5, едисанского – 1, караногайского – 1,  туркменского – 2 человека и т.д.

Часть адыгов, начинавшие свою карьеру в Лейб-гвардии, становились кадровыми военными и достигали высоких воинских чинов в российской армии.

В разное время командовали  горским конвоем или занимали высокое положение Султан Хан – Гирей и его брат Адиль – Гирей, Бек – Мурза Айдамиров, Хату Анзоров, Измаил Куденетов и др.

Личный состав полуэскадрона нес повседневную службу по охране императора, принимал активное участие в военных кампаниях в Польше, Венгрии, Трансильвании и на Кавказе.

Из князей и узденей, «назначенных из Большой Кабарды для службы в Кавказско-Горский полуэскадрон  в 1834 г. …», Хасамбий Атажукин  -  20 лет от роду (князь), Исмаил Куденетов – 20 лет от роду (уздень 1-й ст.), Магомет Тамбиев – 27 лет от роду (уздень 1-й ст.), были неграмотными, а Магомет Шарданов – 20 лет от роду, Ахмед Абуков  (уздень 1-й ст.) и Асламбек Абаев  (уздень 1-й ст.) считались малограмотными[3].

В разное время в Кавказско-Горском полуэскадроне служили князья: Бамбет Муртазалиевич Бекович-Черкасский, Кучук Атажукин, Александр Мисостов, Адиль-Гирей Иналов, Али Бей Балатуков; уздени: Батырбек Тамбиев, Анзор Тохтамышев, Хатажуко Анзоров, Шу Кармов, Фица Абдурахманов, Абдул Аджиев, Сатабан Бамбатов, Элькан Абисалов, Абисал Туганов, Альбек Хутов, Заурбек Астемиров, Карамурза Шипшев, Исхак Коков, Магомет Гукежев, Исмаил Улагай, Адиль-Гирей Иналов, Казильбек Кармов, Намаз Кубеков, Беслан Коголкин, Эдык Захохов, Мусса Кожоков,  Аслан – Мирза Анзоров, Кучук Хаупшев, Заурбек Шипшев, Куй Гукежев, Мисост Захохов, Константин Эристов  и другие[4].

Важной формой обучения народов Северного Кавказа стали полковые и батальонные школы, которые с 1836 года получили право  принимать горцев на обучение. Одним из воспитанников дворянского полка был осетин Дударук Казбеков, окончивший впоследствии полный курс кадетского корпуса. Через полковые школы прошли князья Шахим Дударуков (абазинец), Николай Бекович-Черкасский (кабардинец), кабардинский уздень Хаджи-Мурза Бамбатов и Хажби Туганов (осетин)[5].

В 1849 году повысили свой культурный и образовательный уровень корнеты «команды лезгин Собственного Его Императорского Величества конвоя Джуд Махмед Кагинов и Ака Умат Оглы».

Большую военную школу прошел и Магомет Безороков (1824г.р.). Он из малокабардинских узденей. Родился в ауле Безорокова в Малой Кабарде на реке Псидаха (недалеко от Малгобека). Воспитывался во Втором Кадетском корпусе, дослужился до полковника, состоял по армейской кавалерии при Кавказской армии. Он кавалер орденов: Святого Владимира 4  -й степени, Святой Анны 4-й степени с надписью «За храбрость», был командиром Анапского Горского полуэскадрона.

Во время Кавказской войны младенцем в возрасте примерно 5 лет Атажук Мамбет попал в генеральскую семью Броневских, имевших дружеские отношения с А.П. Ермоловым. В семье генерала младенца крестили и назвали Александром. Александр окончил кадетский корпус, участвовал в нескольких военных событиях, награжден многими царскими наградами, дослужился до полковника царской армии. Приемный отец женил  Александра на черкешенке Сатаней, получившей в крещении имя  Даша. Из-за того, что воспитался Мамбет  в русской семье, он стал называться Урусмамбетовым Александром Семеновичем.

Новым этапом в становлении российской системы военного образования для народов Северного Кавказа явились 40-е годы XIX века, когда царская администрация на Кавказе начала планировать через выделение ежегодных вакансий в военно-учебных заведениях России подготовку горских офицерских кадров.

Так, 29 мая 1851 года в документах царской администрации на Кавказе читаем: «Вследствие полученного из Штаба военно-учебных заведений сведения, что в нынешнем, 1851 году, согласно сделанных соображений о замещении вакансий в кадетских корпусах представляется возможность определить горцев: в 1-й, 2-й, и Павловский корпуса 18 и в Александровский – 12 … просит сделать распоряжение к отправлению с Кавказской линии малолетних почетных горцев в названные учебные заведения к 15 августа…»[6]. Отбор кандидатов на замещение этих вакансий производился строго с учетом социального статуса их родителей. «Согласно прежних примеров по поручению Командующего войсками, -  пишет начальник штаба наместника в обращении к начальнику Центра Кавказской линии, – я имею честь покорнейше просить… сделать распоряжение о приглашении почетных горцев вверенного Вам Управления к отдаче детей своих в  1853 году в Санкт-Петербургские Военно-учебные заведения и об оказавшемся по сему почтить меня уведомлением, коли можно позже 1-го числа февраля того года с приложением именного списка желающих, которые должны быть из хороших фамилий, положенных лет (не более одиннадцати с половиною) совершенного здоровья…»[7].

В 1852 году на учебу в Санкт-Петербург отправлены: сын князя Кургоко Атажукина Муссабий и сын убитого капитана Асламбека Исламова Хату. «От балкарского племени посланы на учебу в Санкт-Петербург в военные учебные заведения:  Султанбек Абаев, 10 лет, Тенгиз Беканов, 10 лет… из карачаевцев Каншаубий Карабашев, 10 лет»[8].

Приняты: Хату Исламов – в Санкт-Петербургский 1-й кадетский корпус на воспитание за казенный счет, Т. Беканов и К. Карабашев -  в столичные кадетские корпуса, а 23 июня 1853 года карачаевец Канамет Крымшамхалов (11 лет от роду) отправлен в 1-й Санкт-Петербургский кадетский корпус.

Молодые князья и дворяне, – будущие офицеры царской армии, обучались и воспитывались  в дворянских полках и в благородных пансионах гимназий. К примеру, если в 1854 году в «…Дворянском полку Санкт-Петербурга воспитывались Брак Кохужев и Магомет Эльчепаров… то в благородном пансионе Тифлисской гимназии учился русской грамоте и аристократическим правилам князь Тембот Мисостов»[9].

Для получения офицерского чина  воспитанники должны были прослужить юнкерами два года в войсках. Молодые горские офицеры верой и правдой служили царскому самодержавию и в годы Русско-Кавказской войны сыграли немалую роль в покорении Кавказа, в укреплении российских административных порядков в крае. Об этом свидетельствуют следующие архивные материалы ЦГА КБР от 27 октября 1854 г.: «Воспитанники 1-го кадетского Корпуса Аслан-Гирей и Менгли-Гирей Мансуровы и Павловского корпуса Асламбек Шипшев, уволенные на родину, отправлены первые два к Тохтамышевскому Приставу подполковнику Алкину, а последний – в Нальчик для доставления к их родным…»[10].

Воспитанниками Павловского Кадетского корпуса были Басим Туганов  и Мамышев; поручик Бек – Мурза Трамов  и корнет Тлекеч Кодзоков служили в 26-ом Донском казачьем полку.

В 1854 г. в Тифлис для продолжения службы был уволен юнкер Нох Кокупшев (из кабардинцев). В том же году в 6-й бригаде Кавказского линейного казачьего войска служил майор Камбот Докшукин, во 2-ом Волгском казачьем полку Бабуковской станицы – Тепсаруко Абаев.

Российское правительство, стремясь заручиться поддержкой местной знати, поощряло обучение ее детей в военных школах империи, чтобы потом отправлять их служить к себе на родину, на Кавказ. Еще в 1819 году Главно-командующий на Кавказе А.П. Ермолов предложил нескольким почетным тагаурским алдарам  отдать своих сыновей в Тифлисскую православную семинарию для получения образования. Однако, когда по ее окончании ученикам предложили принять православие, знать перестала отдавать своих детей на обучение в такие школы. Так, в 1830 году представитель из благородной мусульманской семьи алдара из Тагаурии, 12-летний Мусса Кундухов, был послан в Санкт-Петербург, в Павловское военное училище, по окончании которого в 1836 году зачислен в чине корнета в Отдельный Кавказский корпус. В дальнейшем он дослужился до генеральского чина.

Военно-учебные образовательные учреждения царское правительство широко использовало не только в целях подготовки кадров для армии, администрации на Кавказе, но и для содействия в покорении непокорных народов.

Роль армии в российской политике просвещения народов Северного Кавказа усиливается в первой половине XX века, когда подготовка горских офицеров в России стала более системной, в основном, благодаря переходу царского военного руководства к политике создания иррегулярных национальных воинских частей. Центрами подготовки офицеров-горцев стали города Владикавказ, Новочеркасск, Киев, Тифлис и др.

К сожалению, народы Северного Кавказа до 20-х годов XX века в военном образовании не имели равных прав. Например, ни один горец Северного Кавказа в досоветский период не смог получить высшего военного образования, поступив в  Императорскую военную академию, а народы Закавказья становились  выпускниками этого учебного заведения, хотя народы Северного Кавказа  присоединились к России раньше.

Воинские части, Кавказская учебная рота, дворянские полки, полковые и батальонные школы, кадетские корпуса, школы прапорщиков, кавалерийские училища составили своеобразную систему российского военного просвещения народов Северного Кавказа. Через эти формы образования и воспитания велась подготовка национальной интеллигенции.

И сегодня все чаще мы вспоминаем слова, сказанные первым ученым и просветителем Кабарды Шорой Бекмурзовичем Ногмовым. Он верил в светлое будущее своего народа, свидетельством чего являются написанные им пророческие слова: «Сердечное убеждение говорило мне, что придет время, когда в душе грубого горца вспыхнет чудное чувство – светильник жизни – любовь к знанию. Ударит и для нас час, когда мы все примемся за грамоту, книги, письмо…». И это время пришло.

Наши предки, как в XX веке, так и 100 лет назад, понимая важность образования, с особыми надеждами относились к получению своими детьми делу военного образования и обучению точным наукам, дисциплине, науке побеждать.

Отбор детей производился не только по физическим  данным, но и с учетом заслуг их родителей, по их родословной, а также по внешним признакам: если красивый, сильный, статный, значит,  должен быть образованным.

А образование и впрямь было основательным. Достаточно сказать, что  молодежь, поступившая в кадетские корпуса, кавалерийские корпуса, полковые и батальонные школы, школы прапорщиков и в военные училища,  первыми из горцев приобрели знания по основам арифметики и  геометрии и прочим точным наукам. И полученные знания представителями молодежи Северного Кавказа применялись в дни испытаний на верность Родине, России.

Обер-офицер и оруженосцы л.-гв. Кавказского-Горского полуэскодрона в парадной форме. 1830-1856 гг.

М.А. Бамбетов,

ведущий специалист-эксперт Архивной службы КБР





Статистика