кавказкая музыка
Оцените работу движка [?]
Лучший из новостных
Неплохой движок
Устраивает ... но ...
Встречал и получше
Совсем не понравился


Фильмы снятые на Кавказе
Азербайджанские фильмы о Кавказе
Армянские фильм о Кавказе
Грузинские фильмы о Кавказе
Российские и Кавказские фильмы
Зарубежный Кавказ
Азербайджанская музыка
Армянская музыка
Грузинская музыка
Даргинская музыка
Чеченская музыка
Музыка всех стилей
Концерты и клипы Кавказ
Портал Видео YouTube Кавказ
Карачаевская музыка
Абхазская музыка
ты кто такой давай до свидания текст
Горско-Еврейская музыка
Портал Азербайджан
тимати давай до свидания видео
Музыка всех стилей
Концерты и клипы Кавказа
ТВ и шоу-программы
Видео Кавказа с портала YouTube
Кумыкская музыка
Лезгинская музыка
Осетинская музыка
Лакская музыка
Инструментальная музыка
Шансон музыка
Фильмы Азербайджана (худ/док/мульт)
мр3 Кавказ
Портал Кавказ
Портал Армения
Музыка Кавказ
Портал Грузия
Портал Кавказа
Кавказский сайт
Кавказский портал
Кавказ Портал
Кавказ Сайт
Кавказский юмор
Всё о Кавказе
Адыгская музыка
Аварская музыка
мейхана азербайджан,

Публикация новости на сайте


Тысяча и одна ночь

Рассказ про Ала Ад-Дина и волшебный светильник

 

Перевод с арабского М. А. Салье. Изд: Москва, "Эврика", 1993

 

Говорят, о счастливый царь, будто был в одном городе из

городов Китая портной, живший в бедности, и был у него сын по

имени Ала ад-Дин.

И был этот сын шалый, непутевый с самого малолетства, и

когда исполнилось ему десять лет, отец захотел научить его

ремеслу. Но так как жил он в бедности, то не мог отдать сына

какому-нибудь мастеру, чтобы тот научил его ремеслу, ибо это

потребовало бы расходов на учителя, и он взял мальчика в свою

лавку с целью обучить его портняжному делу. А Ала ад-Дин был

непутевый мальчишка, он привык целый день шляться с уличными

ребятами, такими же беспутными, как он сам, и не мог ни часа,

ни минутки высидеть в лавке; он только и ждал, когда отец

уйдет к какому-нибудь заказчику, и сейчас же бросал лавку и

уходил играть с другими озорниками.

Вот каковы были его привычки, и нельзя было его заставить

слушаться отца, и сидеть в лавке, и учиться ремеслу. Отец

выбился из сил, наставляя его, но ничего не мог с ним

поделать, и от великой печали и огорчения он заболел тяжелой

болезнью и умер. А Ала ад-Дин продолжал вести себя как

шалопай, и когда мать Ала ад-Дина увидела, что ее муж

преставился к милости великого Аллаха, а сын повесничает и не

знает ни ремесла, ни другого какого дела, которым можно было

бы добыть пропитание, она продала все, что было у мужа в

лавке, и стала прясть хлопок, и кормилась трудами рук своих, и

кормила своего сына, непутевого Ала ад-Дина.

А Ала ад-Дин, увидев, что он избавился от сурового своего

отца, стал еще больше озорничать и повесничать и приходил

домой только в час еды, тогда как его родная мать пряла и

трудилась сверх сил, чтобы добыть пропитие для себя и для

сына, и жила она так, пока не стало ее сыну Ала ад-Дину

пятнадцать лет.

И вот однажды, когда Ала ад-Дин играл на улице с другими

непутевыми мальчишками, вдруг остановился неподалеку от

какой-то человек, чужеземец, и стал наблюдать за Ала ад-Дином,

не обращая внимания на его товарищей. А этот человек был

магрибинской породы*), колдун, который учинял своим

колдовством одну хитрость за другой, и знал он всякие

философии и все науки, и хорошо разбирался в науке о положении

звезд. Когда он всмотрелся в Ала ад-Дина, он сказал про себя:

"Поистине, этот мальчишка - тот, кто мне нужен."

Он отвел одного из мальчишек подальше и начал его

спрашивать про Ала ад-Дина - чей он сын, как зовут его отца, и

выспросил обо всех его обстоятельствах, а потом подошел к Ала

ад-Дину, отвел его в сторону и спросил: "Мальчик, ты такой-то

сын такого-то портного?" - "Да, господин паломник, - отвечал

Ала ад-Дин, - но мой отец уже давно мертвый".

И когда магрибинец услышал это, он тотчас же бросился Ала

ад-Дину на шею, обнял и стал целовать, а сам плакал, а Ала

ад-Дин, увидав, что магрибинец в таком состоянии, очень

удивился: "По какой причине ты плачешь и откуда ты знаешь про

моего отца?"

И магрибинец ответил слабым, печальным голосом: "О дитя

мое, как ты можешь мне задавать такой вопрос? Я плачу потому,

что ты сказал о смерти твоего отца, а ведь он мне брат по

матери и отцу. Я утомился, идя из далеких стран, но радовался,

надеясь его увидеть и повеселить мои взоры лицезрением его, а

ты, племянник, говоришь, что он умер! Потому я о нем и плачу,

и еще я плачу о своей злой судьбе - ведь он умер раньше, чем я

его повидал. И едва я увидел тебя, дитя мое, от меня не

укрылось, клянусь Аллахом, что ты сын моего брата, и я узнал

тебя среди мальчиков, с которыми ты играл, а ведь мой брат,

твой отец, когда мы расстались, еще не женился. И клянусь

Аллахом, дитя мое, мне лучше бы повидать брата и умереть

вместо него, ибо я надеялся после долгих скитаний еще раз

взглянуть на него, но поразила меня разлука. От того, что

будет, не убежишь, и нет ухищрения против власти Аллаха над

его тварями, но ты, сынок, заменишь мне его, поскольку ты его

сын, и я буду утешаться тобою: кто оставил подобного тебе, тот

не умер".

Потом магрибинец сунул руку в карман, вынул десять динаров,

протянул их Ала ад-Дину и сказал: "О дитя мое, где вы живете и

где твоя мать, жена моего брата?" И Ала ад-Дин взял магрибинца

за руку и провел его к их дому, и магрибинец сказал ему:

"Возьми, сынок, эти деньги, отнеси их матери, передай ей от

меня привет и скажи: "Мой дядя, брат моего отца, вернулся с

чужбины". А я, если позволит Аллах, завтрашний день приду к

вам, чтобы поздороваться с твоей ма терью, и посмотрю на тот

дом, где жил мой брат, и погляжу на его могилу".

И потом магрибинец поцеловал Ала ад-Дина, и оставил его, и

пошел своей дорогой, а Ала ад-Дин, радуясь деньгам, побежал

поскорей домой. Он пришел в необычное время, так как

обыкновенно заходил домой только в час обеда и ужина, и,

полный радости, вбежал в комнату и закричал: "Матушка, я тебя

порадую: мой дядя, брат отца, вернулся с чужбины и передает

тебе множество приветов!" - "Ты как будто смеешься надо мной,

сынок! Где у тебя дядя и откуда ему взяться? Нет у тебя

никакого дяди!" - сказала ему мать.

И тут Ала ад-Дин воскликнул: "Как это ты, матушка,

говоришь, что у меня нет дяди и нет в живых никаких

родственников, когда я только что видел своего дядю и он меня

обнимал и целовал, а сам плакал! Он узнал меня, и он знает всю

нашу семью, а если ты не веришь, посмотри: вот десять динаров.

Он мне их дал и сказал: "Отнеси их матери", - и, если позволит

Аллах, он завтрашний день придет к нам, чтобы с тобой

поздороваться. И он велел тебе передать эти слова".

"Да, сынок, - сказала мать Ала ад-Дина, - я знаю, что у

тебя был дядя, но он умер задолго до твоего отца, а другого

твоего дяди я не знаю".

И она всю ночь раздумывала об этом событии, а

колдун-маг-рибинец, когда настало утро, поднялся, надел свою

одежду и от правился на ту улицу искать Ала ад-Дина, потому

что его душа не терпела разлуки с мальчиком. Он до тех пор

искал его, пока не нашел, а Ала ад-Дин, как всегда, играл с

детьми. Магрибинец подошел к Ала ад-Дину, обнял его и

поцеловал, потом вынул из кошелька два динара и сказал:

"Возьми их, сынок, отдай твоей матери и скажи: "Мой дядя хочет

прийти к нам сегодня вечером и поужинать у нас; возьми эти

деньги и сделай на них хороший ужин". Но прежде чем мы

расстанемся, проведи меня еще раз к твоему дому, чтобы я не

ошибся и нашел его". - "Слушаюсь!" - сказал Ала ад-Дин, и

пошел впереди магрибинца, и привел его к своему дому, и тогда

магрибинец оставил его и ушел, куда хотел, а Ала ад-Дин вбежал

к матери, передал ей слова своего дяди, и отдал те два динара,

и сказал: "Мой дядя хочет сегодня вечером у нас поужинать".

И мать Ала ад-Дина пошла на рынок, купила всего, что ей

было нужно, и вернулась домой, и стала готовить ужин, а блюда

и другую посуду она заняла у соседей. Когда же пришло время

ужина, она сказала своему сыну: "Сыночек, ужин готов. Может

быть, твой дядя не знает дорогу к нашему дому, пойди встреть

его!" - "Слушаю и повинуюсь!" - ответил Ала ад-Дин, и когда он

выходил из дома, в ворота вдруг постучали. Он тотчас же вышел

и открыл ворота, и оказалось, что это магрибинский колдун и с

ним раб, который несет кувшин с набизом*), плоды, сласти и

прочее.

И Ала ад-Дин взял все это у раба, и раб ушел своей дорогой,

а Ала ад-Дин пошел впереди магрибинца, и когда они оказались

посреди комнаты, магрибинец выступил вперед и поздоровался,

плача, с матерью мальчика и попросил показать то место, где

обычно сидел его брат. Она показала место ее мужа, и

магрибинец подошел и начал целовать там землю, восклицая:

"Увы, как печальна моя судьба! Как это я лишился тебя, о брат

мой, о слезинка моего глаза, о мой любимый!"

И он до тех пор говорил такие слова, плакал и причитал,

хлопая себя по щекам, пока мать Ала ад-Дина не испугалась, что

ему станет дурно от столь большого усердия. Она подошла к

магрибинцу, взяла его за руку, подняла его и сказала: "Что

толку, о деверь, от всего этого! Ты только сам себя убиваешь!"

Она усадила магрибинца и принялась его утешать, и когда

магрибинец пришел в себя, он начал с ней разговаривать и

сказал: "О жена моего брата, не удивляйся, что ты меня не

знаешь и что при жизни моего брата ты меня ни разу не видела.

Это потому, что я покинул наш город и расстался с братом сорок

лет назад, и я обошел Хинд, Синд*) и все города Магриба, и

вступил в Каир, и жил я в светозарной Медине*) - да пребудут

над ее господином наилучшие благословения и приветы Аллаха!

Оттуда я отправился в страны нечестивых и пробыл там

четырнадцать лет, а потом, после этого, о жена моего брата, я

стал думать в один из дней о моем брате, моем городе и родной

земле, и поднялись во мне тоска и желание увидеть брата. И

начал я плакать, и непрестанно побуждала меня тоска

направиться сюда, в этот город, чтобы взглянуть на брата, и

наконец я сказал себе: "О человек, сколько времени ты на

чужбине, вдали от родной страны! Есть у тебя один-единственный

брат и никого больше, пойди же, посмотри на него. Кто знает,

каковы удары судьбы и превратности времени? Великая печаль

будет, если ты умрешь, не повидав брата. Ведь ты, слава

Аллаху, обладаешь богатствами и обильными благами и у тебя

много денег, а твой брат, может быть, живет стесненною жизнью.

Пойди же и взгляни на него, и если увидишь, что он пребывает в

бедности, - помоги ему". И я подумал обо всем этом и, когда

наступило утро, собрался в путешествие. Я пошел на пятничную

молитву, а потом сел на своего чистокровного коня, и пустился

в дорогу, и претерпел много трудностей и страшных опасностей,

но Аллах судил мне благополучие, и я прибыл в ваш город. И

когда я ходил по его улицам, я увидел твоего сына Ала ад-Дина,

который играл с уличными мальчишками, и, клянусь великим

Аллахом, о жена моего брата, с той минуты, как я его увидел,

мое сердце раскрылось для него, - кровь ведь стремится к

родной крови, - и я узнал его по наружности. И забыл я, когда

увидел его, все тяготы и заботы, которые перенес и испытал, и

велика стала моя радость. Но Ала ад-Дин рассказал мне, что мой

покойный брат умер, и, увы, о жена моего брата, когда я

услышал это, я опечалился, и, может быть, Ала ад-Дин тебе

говорил, какая великая скорбь и горесть охватили меня. Но я

утешаюсь Ала ад-Дином и надеюсь, что по воле Аллаха он мне

заменит покойного, а кто оставил себе замену, тот не умер".

Потом он посмотрел и увидел, что мать Ала ад-Дина стала

плакать от таких слов, и обратился к Ала ад-Дину, чтобы тот

подтвердил, что он действительно брат ее мужа, и утешил ее, и,

чтобы удались его хитрость и обман, сказал: "О дитя мое, каким

ремеслам ты научился? Скажи мне, научился ли ты ремеслу, на

которое ты бы мог жить вместе с матерью?"

Ала ад-Дин застыдился, смутился, повесил голову и уставился

в землю, а мать его сказала: "Откуда у него ремесло! Нет у

него ремесла! Он только и знает, что озорничает целый день и

шляется с уличными мальчишками. Ведь отец его - отчего умер,

бедняга?.. Оттого он умер, что из-за него заболел, а я, горе

мне, день и ночь тружусь и пряду хлопок, чтобы заработать на

две лепешки хлеба, которыми мы живем целый день. Вот он какой,

деверь, а у меня не осталось силы, чтобы содержать такого

взрослого парня, и я едва могу добыть пропитание. Мне самой

нужен кто-нибудь, чтобы меня содержать".

И тут магрибинец обратился к Ала ад-Дину и сказал ему:




Статистика